Здесь мы будем до мая, а потом хотим перебираться поближе к морю

Наталья Бертош (Берта)

Мне все чаще стало попадаться на глаза словосочетание «Волшебный пендель» в том контексте, что никто в Беларуси не может его дать лучше, чем Наталья Бертош, известная как певица Берта. «Волшебный пендель» — это школа селфбрендинга и мотивации, которую Наталья открыла полтора года назад. Она занимала ведущие позиции в рекламных отделах таких крупных компаний как МТС, Heineken и Алютех, затем отказалась от успешной карьеры ради развития собственного бренда «Берта», а теперь учит этому других. Мы встретились с Натальей и попытались разобраться, что же это за селфбрендинг такой.

Текст:Андрей Коровайко

Фото:Марина Пискунова

Для того, чтобы начать разговор, давай разберемся в предмете. Что такое школа селфбрендинга и мотивации «Волшебный пендель»?

Я бы сказала, что это уже даже не школа, а центр. Мы недавно переименовались, потому что к центру лучше приставляется слово «международный». Сейчас выходим на другие рынки в онлайне, и я планирую серию мероприятий по смежным странам по части мастер-классов, поэтому мы переименовались в центр. Плюс добавились дополнительные продукты. Изучая аудиторию, я поняла, что людям мало того, что я просто делаю один курс по личному брендингу. Им потом нужно дополнительное сопровождение, менторская поддержка, стратегии для их бизнеса, маркетинговые стратегии. Поэтому я бы сказала, что это такой центр, в котором люди могут получить знания по личному и стратегическому маркетингу, потому что я подхожу к понятию личный бренд не с точки зрения пиара или нетворкинга, я подхожу к этому как маркетолог. Поэтому это место, где люди могут получить маркетинговые инструменты, понимание и «волшебный пендель» в части мотивирующего пинка. За это время, за полтора года, что мы работаем, более 200 человек у нас отучилось, и я могу сказать, что волшебный пендель — это самое важное, что им нужно и за чем они приходят.

То есть мотивация. Я вот не представляю, каким образом она дается. Если ты сам себе пенделя не дашь, то никто его тебе не даст.

Есть такой момент, но, тем не менее, программа обучения построена таким образом, что ты не можешь ничего не делать. Во-первых, приходя в любую группу, человек сразу дает «социальное обещание». Это как когда ты в фейсбуке сообщаешь, что бросил курить с понедельника. Для чего ты это делаешь? Чтобы у тебя была еще одна причина, чтобы не соскочить. Почему я писала долгое время блоги, истории на тему «без корпораций»? Чтобы у меня не было вообще ни малейшего соблазна согласиться на ту кучу денежных предложений, которые ко мне поступали и продолжают поступать. И здесь получается та же самая ситуация. Человек дает социальное обещание, он вынужден выполнять домашние задание, потому что у нас за это штрафы.

Денежные?

Да, денежные. Нет, мы их порем (смеется).

Ну, оценки вы же им не ставите, наверное?

У нас есть система мотиваций, поощрения. Человек, приходя сюда, к концу обучения сам делает персональный брендбук, план продвижения на год, стратегию прописывает, учится работать с контент-инструментами, с инструментами продвижения, и когда у него получаются уже какие-то результаты, он говорит: «Ого, нифига себе, это же работает! А я и не думал, что фейсбук продает!». А когда к нему начинают приходить люди, элементарно после первого поста, где он рассказал, чем он может быть полезен, у человека меняется сознание. Естественно, они должны выполнять какие-то задания, и, в конце концов, есть что-то мотивирующее, что мы предлагаем тем людям, у которых получился отличный брендбук.

Что, например, вы предлагаете?

Они могут пойти к нашим партнерам на дополнительное обучение по части SMM. Или я могу использовать свой социальный капитал, написать о ком-то пост, дополнительно привлекая к нему аудиторию. У меня один пост в фейсбуке стоит 150 долларов. Я официально сотрудничаю с брендами. Это называется «нативная реклама»… Вот и получается, что люди попадают в среду, где есть мотивация. К сожалению, этого недостаточно для того, чтобы работать над личным брендом, ведь ты вынужден работать постоянно, и многие люди соскакивают. В основном, это лень, прокрастинация. Все эту проблему решают по-разному. Кто-то приходит ко мне на программу «поддерживающее менторство». Это программа, когда люди, даже уже отучившись в школе, приходят, и мы с ними раз в неделю или раз в две недели занимаемся, встречаемся и проверяем, что они делают, я их, соответственно, подталкиваю, т. е. являюсь для них ментором.

Это персональные занятия?

Да. Кто-то и так, сам прет. Кто-то говорит, знаете, я у вас тут купил утюг и жду, когда у меня дома все поутюжится, а эта фигня не утюжит, соответственно, фигня этот ваш личный бренд. Есть такое понятие в психологии — «эмоциональная яма». Это когда ты чем-то начинаешь заниматься, у тебя неинформированный оптимизм. Приходишь первый раз в зал, и думаешь: «Сейчас вот приду, присяду два раза, и у меня попа будет как орех». А когда ты понимаешь, что надо прийти и 100 раз присесть или там 1000, и так — на каждой тренировке, и таких — полгода, тут у тебя начинается информированный пессимизм: «Блин, это столько всего сделать надо!». И дальше все, наступает эмоциональная яма — точка, откуда два пути: назад или вперед. Люди, которые идут назад, проходят то же самое снова, и вот так все время ходят по кругу. Те, которые напрягаются, зажимают зубы и идут вперед, у них начинают получаться какие-то первые маленькие результаты, и это их выводит дальше, на новый уровень. По сути, это происходит со всеми людьми, которые начинают что-то делать. Но таких сумасшедших как я — мало, которые видят цель и не видят препятствий. К сожалению, люди устроены по-другому. Есть еще такое чудесное слово — «прокрастинация». У нас была шутка. В прошлом году 1 января выпадало на понедельник. Я говорила, ребята, у нас тут двойное бинго! Если кто-то откладывал с понедельника или с нового года начать что-то делать, то тут в тютельку, никак уже не отвертишься.

У нас в обществе сейчас складывается довольно скептическое отношение к разного рода коучингу… Вы же здесь коучингом занимаетесь?

По сути дела, это можно как угодно назвать. Но я понимаю, что ты хочешь спросить. К коучингу сейчас такое отношение: каждый второй — коуч, и что они там коучат — хрен поймешь. Личный бренд, зона комфорта, коуч, денежное мышление, ну, и всякое прочее, что у людей вызывает уже скепсис. Почему это происходит? Это происходит от того, что на рынок (в основном это касается онлайн-рынка) вышло очень много людей непрофессиональных, которые позиционируют себя как экспертов по бренду, по пиару, по коучингу и т. д. Потому что умные люди, которые, в свою очередь, учат, как сделать онлайн-школу, как зарабатывать на своих знаниях и т. д., они говорят: «Слушай, чувак, читаешь одну книжку по маркетингу, и ты эксперт, делаешь онлайн курс и погнали, вот тебе инструменты, вот тебе шаблоны писем по рассылке, вот тебе воронка продаж. Давай, заплати нам, и потом ты будешь как сыр в масле кататься». И люди такие: «О, класс!» Платят тысячу долларов, и у них ничего не получается. Почему? Потому что они не профессионалы, они не эксперты, они не могут выстроить долгие доверительные отношения с клиентом и продавать ему, допустим, не один продукт, а много. Но что происходит с другой стороны? Люди, которые всё-таки один раз к ним попадают, они начинают думать: «Да че за фигня?»

И потом уже и к профессионалам не идут.

Да. И получается, что они не могут соотнести твердые факты профессионала и человека, который вчера прочитал одну книжку. Они начинают огульно и скопом не доверять этим понятиям. Личный бренд у нас заездили все, кто только может. И я, собственно, от этого словосочетания сейчас ухожу. То, что я делаю, по сути, — не про личный бренд, это про персональный маркетинг. Это умение работать с инструментами маркетинга и с самим собой, своей личностью, профессионализмом и т. д. Потому что я против того, чтобы строить бренды на личине. Например, человек приходит и говорит: «Раскрути меня, я знаю, что ты можешь» — «А ты кто?» — «Я блогер, я вчера статью написал» — «Черт, чувак, иди подумай еще». Я против такого, я против того, чтобы раскручивать то, чего нет.

То, что я делаю, по сути, — не про личный бренд, это про персональный маркетинг

То есть сначала это надо создать?

Да, это во-первых. Во-вторых, надо достать то, чем и кем ты являешься. Глупо строить из себя английскую королеву, если ты холерик и эпатажник. И наоборот, если ты классический бренд и вся эта мишура тебе претит, то тебе глупо ходить как Петрушка. К каждому человеку можно найти свой подход, и он должен из себя это достать, из свой личности, реальной личности, постоянно развиваясь. Есть такое понятие — таблица личного и профессионального развития Игоря Манна. Я Игоря Манна считаю одним из крутых специалистов по личному брендингу, потому что он тоже маркетолог. Мне понятно то, что он предлагает, и я, собственно говоря, такой же подход предлагаю людям. Так вот, свой бренд есть вообще у каждого. Это вопрос подхода — чем больше внимания на это обращаешь, тем больше его обращают другие. Ты можешь зайти в дверь потому, что ТЫ там кого-то знаешь, и можешь зайти потому, что ТЕБЯ там кто-то знает. И это две разные вещи.

Давай уточним через твой личный бренд. Певица Берта, ну ок, а что значит бренд Берта? Почему ты всюду подчеркиваешь и выделяешь, что ты — бренд?

А что такое бренд? Бренд — это образ или эмоция в сознании других людей, которые отражают их опыт взаимодействия с тобой. Это не то, что ты про себя говоришь, а то, что люди про тебя говорят. Это измеряется различными инструментами: твой социальный капитал, вовлеченность твоей аудитории, твой доход, твои последователи, аудитория, на которую ты работаешь, и прочие вещи. Можно очень долго спорить, мы спорили в нашем комьюнити со всеми. Кто-то говорит, что бренд — это только Илон Маск и Ричард Бренсон, а все остальные — не бренды, а пыль подзаборная. А я считаю, что у каждого человека уже есть бренд, т. е. восприятие его другими людьми. Просто бренд может быть мощный, а может быть такой себе.

Бренд — не то, что ты про себя говоришь, а то, что люди про тебя говорят

Вообще, у любого бренда есть 4 стадии развития: торговая марка, потом люди тебя больше узнают, ты становишься брендом, потом трастмарк (Trustmark) и ловмарк (Lovemark). Все, естественно, стремятся быть ловмарк. Ловмарк — это Найк, Кока-Кола. Нужно быть интересным для своей целевой аудитории, чтобы тебя полюбили, потому что быть брендом — это не нравиться всем, это утопия, это бред. Надо нравиться своей целевке, т. е. тем людям, на которых ты направляешь свою деятельность, которые могут совершить по отношению к тебе целевые действия. Тебе не надо нравиться всем. Вот кто-то скажет, что Берта плохо поет, плохо пишет, стихи плохо читает. Да и ладно, ребята, я вообще не для вас. У меня отличная аудитория — люди, которые приходят ко мне на концерты, приглашают меня на частные мероприятия, участвуют в моей музыкальной движухе, следят за мной, когда я езжу куда-то на какие-то конкурсы, мне на данный момент этого вполне достаточно. Я не стейджевый певец, мне не нужны эти сцены как у J-Морс и прочее, мне кулуарность нравится, и это абсолютно нормально. Когда-нибудь я сделаю свой бар и буду заниматься музыкальной деятельностью только там, буду устраивать там что захочу. Знаешь как будет называться бар?

«Берта»?

Конечно! «Берта бар».

Давай тогда немножко по хронологии разложим. Ты была маркетологом в крупных корпорациях, потом ты решила петь и долгое время это совмещала, а потом ты решила заниматься селфбрендингом?

Нет. Я потом ушла окончательно, чтобы петь. Но я недооценила белорусский рынок и наш шоу-бизнес, вернее, я его переоценила. У меня был запал, задор. Но ты же знаком с рынком шоу-бизнеса и знаешь, что, по сути, у людей, которые там работают, нет выбора, т. е. они идут на поводу у публики, потому что там «на лабутенах», свадьбы и корпоративы — это основной заработок для любого артиста. Для того, чтобы выходить на платные концерты, надо сначала в себя вложить, опять же, раскрутить бренд. У меня не было на это средств. Но я долгое время работала в маркетинге, у меня были параллельно какие-то проекты, я не могла оставить стабильный доход, к которому я привыкла, работая в корпорациях. Очень сложно привыкнуть к отсутствию стабильности, когда ты 12 лет проработал в корпорации. И я очень держалась за эти проекты по маркетингу, которые мне давали основной доход. Но, все равно, это сидение на двух стульях. У меня не было мужа или кого-то, кто мог бы меня материально поддержать. Почему пендель? Потому что мне оттуда сверху самой прилетело. У меня вдруг — раз, и все клиенты закончили проекты. Сказали, мол, сейчас лето, давай подождем. И что мне было делать? Заработок шоу-бизнеса не покрывает расходы мои и взрослой дочери, которую я сама содержу.

Выходит, то, за что ты так держалась, тебя само отпустило.

Да. И тут я вернулась к идее, которая ко мне пришла во время обучения в Британском королевском институте маркетинга, когда я увлеклась Ричардом Бренсоном, прочитала кучу его книг. У меня была идея создания школы, где люди бы могли учиться и продвигать себя правильно, повышать эффективность того, что они делают. Я, наверное, года два ходила с этой мыслью, всем рассказывала, и тут вот такой пендель. Мы за две недели с моим партнером Анастасией Капустиной упаковались, написали программу, собрали первый мастер-класс и набрали две группы. И с тех пор мы только один месяц не набирали людей.

Классы длятся месяц?

Полтора месяца. Они иногда накладываются друг на друга.

Вы существуете уже полтора года. Что ты можешь назвать как итоги деятельности школы?

Самое, мне кажется, главное во всем, что мы сделали, — мы сформировали в Беларуси рынок личного брендинга и объяснили людям посредством беспрерывной работы, что это нужно, это полезно, это эффективно, это помогает в бизнесе. По сути, глобальной миссией нашей работы я считаю положительное, позитивное влияние на бизнес-климат. Когда человек выходит из тени своего дела, он уже не может в бизнес-поле вести себя плохо, он должен уже быть личностью. А улучшение бизнес-климата глобально влияет на улучшение жизни общества в целом. Посредством продвижения культуры личного брендинга, самого понятия, мы влияем глобально на этот процесс тоже. И это одно из самых важных достижений, которые я могу сейчас назвать.

Глобальной миссией нашей работы я считаю положительное, позитивное влияние на бизнес-климат

Есть много классных примеров успешных выпускников, у кого-то жизнь поменялась, кто-то в другую сферу ушел, кто-то свой бизнес переколбасил. У людей, которые работают, крутой результат. Например, Оксана Зарецкая — Школа этикета Оксаны Зарецкой. После 7-летнего отсутствия в Беларуси, потери социальных связей и т. д., она за полгода стала узнаваема, стала брендом. Оксана Зарецкая равно этикет и культура, все знают об этом. Я уже молчу про показатели. Если мы возьмем какие-то цифры, то это +79% рост аудитории в фейсбуке, +30% рост аудитории в инстаграме, из них 90% минской аудитории, а раньше у нее была больше Россия. Она постоянный спикер ОНТ, у нее отлично монетизированы все процессы, она работает с крупными компаниями, дает мастер-классы, она постоянный автор на lady.tut.by. И когда мне люди говорят, что «ой это так сложно!», ребята, просто оторвите свою попку, потеряйте 18 килограммов, работая не покладая рук, и будет вам счастье. Не рассказывайте мне, что это невозможно.

Получив пендель, ты уже можешь со временем перенастроиться на другую волну вибраций, на какую-то другую скорость. Но как решиться на этот пендель?

Страх — это первое, что возникает, когда речь заходит о личном бренде. А как это я выйду, и на меня все будут смотреть? А что скажут? Люди боятся публичности, боятся популярности и всяких таких вещей. Это мы с тобой — два сумасшедших, которым все равно. Ты вышел, тебя никто не замечает, и уже что-то не то. Но большинству людей это трудно сделать. Почему? Откуда это идет? Потому что это из детства. Сначала мы идем в детский сад, где нас учат ходить и говорить, потом мы идем в школу, где нас учат сидеть и молчать. А сидеть и молчать — это очень удобно.

Удобнее, чем выйти к доске, конечно.

Естественно. И все так думают: а чего я пойду? Жил как-то без этого, и нормально. Но проблема в том, что мир меняется. B2b, b2c уходят, теперь актуально human2human, soul2soul, человек к человеку. Люди хотят знать даже, у кого они покупают хлеб. Если ты не работаешь для людей, которые в этом нуждаются, все, ты нигде, ты аутсайдер. Я в этом году была в Америке, и меня удивило, что люди не идут в ресторан — они идут к повару, они не идут в консалтинговое бюро — они идут к конкретному специалисту. Все строится на личности человека. И у них изначально в школе это всячески поддерживается. Выйди и расскажи перед всем классом, какой ты сделал проект, презентуй его.

Люди хотят знать, у кого они покупают хлеб

А вот эта затюканность, что сейчас придут и все заберут, — это, наверное, еще с раскулачивания пошло. Естественно, когда ты начинаешь работать с личным брендом, ты должен быть в легальном поле. Глупо, например, наркобарону заводить страницу в фейсбуке и начинать пиарить свой бизнес. Но люди боятся этого даже занимаясь легальной деятельностью. А как прикрыть свой страх? Отрицанием. Да ладно, знаем мы ваш личный бренд, фигня какая-то. Что такое селфбрендинг? Это как селфи делать, что-ли?

Но меня больше всего радует тот момент, что лед тронулся. Мы делаем для этого очень много в инфополе, мегамного. У нас был план, стратегия, как объяснять людям о том, что это важно. И вторая задача была — это выход в бизнес-сегмент. Я как человек с мозгом и опытом понимаю, что, если я сразу приду и скажу: «Эй, бизнесмены, идите я вам тут сейчас расскажу, как денег заработать», ко мне никто не придет. Мне нужно было создать свой бренд конкретно в этом направлении, и я поняла, что самая крутая и благодарная аудитория для меня в этом плане — это бизнес. Малый, средний, микробизнес — люди, которые занимаются своим делом. Потому что они не ноют, они смелые, они имеют деньги, понимание, навыки делегирования, которые надо потом использовать. И сейчас мы вышли в бизнес-сегмент, это второе для нас хорошее достижение. Сейчас я сама могу выбирать, с кем мне работать, могу любому человеку отказать, сказав, что не хочу.

Конкурс уже проводишь.

Да. И третье достижение — мы, наконец-то, вышли в онлайн. Сделали третий тестовый набор, все прочекали, откатали. Сейчас работаем над новым сайтом, над новой платформой, и будем запускаться более глобально в онлайн-обучении. Я могу предложить рынку определенную уникальность в подходе к личному брендингу, потому что я практикующий маркетолог. По сути дела, ни один мой конкурент не может со мной в этом потягаться. Но у людей должен быть выбор. Кому-то все это очень сложно. Кто-то говорит: «О! У меня сейчас статья на PROBUSINESS выйдет, еще что-то выйдет, 10 постов в фейсбуке, и все, я типа бренд». Ну ок, можно и так, хуже не будет. Но лучше, конечно, работать системно, с проработкой каких-то фундаментальных вещей, со стратегией, с планом, с контент-планом и со всеми этими штуками, которые очень облегчают тебе жизнь.

А личный бренд работает даже тогда, когда ты отдыхаешь. Я была летом в Италии и решила, что надо бы людям напомнить, какой я профи, а то где-то пару раз проскочило: «Ой, эта певичка ваша, чему она может научить?». Я решила написать серию постов про историю Берты, про свой корпоративный путь, как, где, чего я работала, какие были проекты. И я просыпалась, под бокальчик Просекко садилась и в удовольствие себе писала тексты. Они были не продающие, в них не было ссылок на мастер-классы, просто сторителлинг. Когда я вернулась из Италии, у меня были расписаны все личные консультации на полтора месяца вперед, был набран следующий мастер-класс без всякой рекламы. Тогда я еще раз убедилась, что один из лучших инструментов привлечение внимания — это крутой контент.

Ты говоришь, вы сейчас делаете новый сайт. Но вы же уже присутствуете в интернете, я зашел и посмотрел. Там есть отзывы выпускников. Но самое интересное, среди них нет ни одного выпускника — одни выпускницы.

Выпускники есть. Я объясню этот гендерный перекос, есть у меня несколько идей на этот счет. Первая — мужчины чаще хотят заниматься лично. Им сложно прийти в группу. У меня есть несколько клиентов, с которыми я работаю лично. Вторая — учитывая, что мы работаем практически только на органическом трафике, я противник больших вложений в рекламу и прочие такие штуки.

Что такое органический трафик?

Это трафик, который приходит через мой личный бренд, через мои соцсети, посредством коммуникации, т. е. трафик, за который не надо платить. И учитывая то, что мы на 80% работаем на органике, мои читатели и моя аудитория — это, естественно, в основном женщины. Третья — я считаю, у нас женщины, в принципе, более активны, и они более склонны к получению новых знаний, особенно на такие непонятные, вроде бы, для людей темы.

Именно в Минске?

В Беларуси. Но это не значит, что у нас нет мужчин. У нас есть выпускники-мужчины. У меня был выпускник, который ко мне три раза приходил учиться. Пришел, походил, не понял вообще ничего. Вернулся через пять месяцев и говорит: «Я понял, что ничего не произошло» — «Так ты же ничего не делал» — «Так давай будем делать». Поработали, отлично, потом раз — и опять ушел. И каждый такой камбэк возвращает тебя обратно в начало, ты теряешь все, что ты уже наработал. А про мужскую аудиторию у нас есть определенный план, как восстановить гендерное равенство, и мы скоро к нему приступим. Это уже будет в онлайне. Потому что в оффлайне мы, наверное, только до конца мая будет дорабатывать, и, в общем-то, все.

После мая из оффлайна уходите?

Я думаю, будут очень редкие группы. И дорогие. Я хотела бы перевести весь этот бизнес полностью в онлайн, чтобы не быть привязанной к месту, иметь возможность путешествовать, узнавать, заниматься чем-то еще. Но у меня есть еще одна идея. Я задумываюсь о разработке мобильного приложения. Потому что люди закончили курс, их два дня колбасит, и потом они такие, ай, лучше я посплю или поеду на пиво. Людям нужна такая поддерживающая вещь, которая постоянно будет напоминать, постоянный мотиватор. И эту роль могло бы исполнить крутое мобильное приложение, которое человек получал бы после обучения.

Кроме того, он попадает в такое комьюнити, где для него каждый человек является мотиватором. У нас, например, есть закрытая группа выпускников в фейсбуке. Я шучу, что все выпускники «Волшебного пенделя» попадают в рай, т. е. в закрытую группу в фейсбуке — «PendelClub». Мы проводим встречи, они делают между собой коллаборационные проекты, поддерживают друг друга, обмениваются контактами, нетворкингом. Такое комьюнити могло бы быть в мобильном приложении, и этот шаг запланирован на следующую пятилетку.

Чтобы понять масштаб, сколько людей входят в вашу закрытую группу?

Мы добавляем всех наших выпускников, кто защитил диплом. Надо же еще защитить свой брендбук, а некоторые этого не выдерживают. Сейчас там около 170 человек активных участников, которые между собой что-то делают, я уже даже следить за ними не успеваю. Еще у нас есть две бизнес-страницы в фейсбуке, аккаунт в инстаграме. Если посчитать все имеющиеся у нас точки контакта, то их больше 10 будет.

Ты говоришь «не успеваю». А сколько всего ты, вообще, успеваешь? Чем ты параллельно занимаешься?

У нас четкое разделение труда. Я занимаюсь программой, обучением, работой с людьми. Как ты понимаешь, это огромные энергозатраты. У меня каждую неделю 7 часов работы с группами, в каждой из которых по 10 человек. Плюс 2 часа занятий с группами онлайн — я веду вебинары. Плюс, каждую неделю у меня какое-нибудь выступление, к которому надо готовиться. Постоянно нужно готовить свежий контент. Я постоянно веду свою страницу в фейсбуке, где у меня тоже свой контент-план, который нужно соблюдать. Бесконечные встречи, работа с личными клиентами — как минимум, 3-4 человека в неделю. Нужно следить за своим внешним видом — я тренируюсь три раза в неделю в спортзале. У меня есть дочка, которой 16 лет, и муж, которым тоже надо уделять внимание. Я уж не говорю о том, что иногда нужно сесть, отдохнуть, подумать, почитать, пописать — привести себя в какое-то ресурсное состояние. Нужно заниматься саморазвитием. Я сейчас прохожу обучение в киевском Genius Marketing — обучаюсь настройке бизнес-процессов.

К тому же, я концертирую — по 2-3 концерта в неделю. Я ушла от работы с большим составом, но у меня осталось несколько мелких составов — Берта и пиано, Берта и гитара, Берта и Гагин. Я с этими составами выступаю в маленьких заведениях. Постоянно нужно обновлять программу, репетировать. Нужно проводить съемки, фотосессии. На все нужно тратить много сил и энергии. У меня есть ассистент, который делает за меня рутинную работу, например, в соцсетях. Это, конечно, очень помогает.

Некоторым кажется, что этот город принадлежит мне. Так вот, им это не кажется. Это абсолютно осознанная стратегия, которая называется «везде». Эта стратегия предполагает работу с информационным полем в позиции «поп-звезда» — «даю всем». Интервью, имеется в виду. Есть еще позиция «рок-звезда» — «не даю никому». Есть позиция «эксперт» — «редко, но метко». На данный момент мне для охвата и узнаваемости нужна позиция «везде». Потом, когда мне уже не будет нужна такая позиция, я уйду в «эксперты» и буду делать только то, что считаю нужным. Так что я спокойно двигаюсь по намеченному плану.

Сейчас я работаю с информационным полем в позиции «поп-звезда» — «даю всем»… интервью, имеется в виду

Мало того, что ты присутствуешь в информационном пространстве, ты еще и сама создаешь какие-то информационные площадки. Вы летом провели конференцию по личному брендингу.

Нам было скучно делать просто вечеринку в честь годовщины школы, и мы решили сделать что-то полезное. Мы провели конференцию по личному брендингу, чтобы люди, интересующиеся этой темой, могли собраться вместе и обменяться опытом. Мы пригласили классных белорусских спикеров: Андрея Бибикова, Андрея Карпенко, Оксану Зарецкую, Богдана Коровца. Мы разделили темы так, чтобы люди могли получить максимальную пользу. Особо не напрягаясь, мы собрали 100 человек. Нашей целью не было заработать на этом мероприятии — мы хотели сделать информационный повод и объединить людей. Все прошло очень успешно, было много хороших отзывов, и мы решили в следующем году уже делать конференцию с приглашенным спикером. Сейчас мы ведем переговоры с Игорем Манном. Я буду очень рада, если он приедет и внесет свой веский аргумент, что личный брендинг — это не фигня какая-то, а хороший инструмент для эффективности. Я на каком-нибудь мероприятии спрашиваю, кто знает, что такое селфбрендинг. Поднимается две руки. Кто думает, что это про селфи? Пять рук. Кто знает, что такое личный бренд? Семь рук. Кто считает, что личный бренд — это фигня? Пятнадцать рук. К сожалению, такой стереотип есть.

Так вот, когда я начал спрашивать тебя про этот стереотип и про скептическое отношение общественности, я не хотел узнать, почему оно существует. Мне интересно, что ты с этим делаешь. Как ты переубеждаешь людей?

А я и не переубеждаю. Я наполняю информационное пространство вокруг себя правильной информацией. Я же не буду ходить с плакатом и кричать, что вы ничего не понимаете, что личный бренд — это так круто! Ты пойми, что за последний год стоимость обучения в моей школе выросла в пять раз. Я сейчас зарабатываю больше, чем когда я работала на очень крутой должности в крупной корпорации. Как вы считаете, селф-бренд работает или нет? Зачем мне кого-то переубеждать? Как говорила Хакамада, нужно делать то, что тебе нравится, для тех, кто нравится тебе и кому нравишься ты. Какой смысл мне ходить к людям, которые меня не понимают? Люди сами до этого доходят, когда видят результат. Хорошо работает сарафанное радио. Многие приходят по рекомендации — это один из главных каналов продвижения на нашей территории. Многие видят меня, когда я где-то выступаю. У нас очень большая конверсия — такой, наверное, ни у кого нет. Допустим, к нам на платный мастер-класс записывается 40 человек. Из них 30 человек доходит. Конверсия 70 процентов. Из них 15 человек потом приходи на курс — 50 процентов. Это заоблачные цифры. И то же самое у нас в онлайне.

Кому мне что-то доказывать? Собака лает, караван идет

Почему так происходит? К счастью, наверное, у меня есть талант и харизма, которые людям нравятся. Во мне есть что-то такое, чего им не хватает, — помимо знаний. Знания можно получить, просто прочитав книжку. Но учитель — это не тот, кто учит, а тот, у кого ты учишься. В этом большая разница. Вода камень точит. Я больше никого не буду переубеждать. Могу, правда, поспорить. Я скептически настроенным комментаторам предложила провести публичные дебаты. Вывесила фотографию в боксерских перчатках и написала открытый пост, где предложила сама снять помещение, собрать всех несогласных, провести прямой эфир, чтобы все высказали свое мнение. Думаешь, кто-нибудь пришел? Ну и кому мне что-то доказывать? Собака лает, караван идет.

Ты говоришь, что твоя школа становится международным центром. В чем это выражается?

География людей, которые проходят у нас онлайн-обучение, примерно такая: Лондон, Сан-Франциско, Майами, Москва, Владивосток, регионы Беларуси. Это уже международный проект. Естественно, мне хочется выходить за рамки белорусского рынка, и основная задача сейчас — продвигать свой бренд не только в поле байнета, но и в поле рунета. Рунет — это огромная аудитория, с которой тоже нужно уметь работать. В ближайшие два года я ставлю себе цель стать центром номер один по личному брендингу в рунете. А потом уже будем делать мобильное приложение.

Когда я сделаю такой международный центр, у меня есть еще одна задумка. Знаешь, на Мальте есть центры по изучению иностранного языка. Туда можно приехать на две недели, интенсивно повысить свой уровень английского, при этом со всеми пообщаться, понетворкиться — совместить приятное с полезным. Так вот, я тоже хочу сидеть где-нибудь на море, проводить вебинары и принимать в своем центре группы, проводить для них недельные интенсивы по личному бренду, по стратегии, по пиару, то есть по тем бизнес-вещам, в которых я считаю себя профессионалом. Чтобы люди уезжали заряженными солнечной энергией.

Я ставлю себе цель стать центром номер один по личному брендингу в рунете

Ты так описываешь, будто уже это сделала.

Нет, ты же видишь, где мы сейчас сидим. В начале года мы арендовали этот офис, где проводим занятия. У меня стало так много личных клиентов, что мне стало их негде принимать. Личный клиент требует особого подхода. Он за консультацию платит 150 долларов в час. Не принимать же его в каких-нибудь кафе. Поэтому мы сняли это помещение, сделали в нем ремонт, сделали эту «стену славы» — это наша упаковка, которая продает. Здесь мы будем до мая, а дальше, возможно, будем перебираться поближе к морю.

Стоп. Еще раз. Ты планируешь плотно уйти в онлайн, свернуть здесь свой оффлайн-центр и перенести его на море? То есть ты собираешься иммигрировать из Беларуси?

А может быть.

Я просто хотел к этому вопросу перейти через певицу Берту. Что ты здесь до сих пор делаешь? Тебя же Меладзе заметил, наверное, были и какие-то предложения по работе в России, как минимум…

Нет, Россию я не рассматриваю. Цель — это же что? Это запланированная мечта. Так вот, мне всегда хотелось иметь свой музыкальный бар. Для моих амбиций этого будет вполне достаточно. Там я буду делать свои программы, давать площадку молодым музыкантам, которых никуда не берут и не пускают. Я собираюсь сделать из этого мировое место.

Но не здесь…

Конечно, не здесь. Здесь же моря нет (смеется). Но я пока что не хочу выкладывать все свои планы, а то, вдруг, не сбудется. В свое время я, естественно, обо всем громко заявлю. Но я же не собираюсь пропадать из онлайна — меня можно будет, как и сейчас, всегда найти и порешать любые вопросы. В наш век научно-технического прогресса глупо сидеть на одном месте. Надо путешествовать. Это один из способов получения новой информации, энергии, вдохновения. А без этого невозможно развить человека как личность.

В наш век научно-технического прогресса глупо сидеть на одном месте

Давай еще немного поговорим о творческой составляющей твоей жизни. Когда ты успеваешь писать новые песни? Или ты старые программы катаешь?

Я пока что не созрела к полностью авторскому проекту. Я пою кавер-программы, но они -полностью в моем прочтении. Я делаю их по-особенному. Я пишу стихи. Я попробовала положить стихи на музыку, мы записали песню, но я не очень довольна этим результатом. Я понимаю, что я больше поэт, чем композитор. Для полноты картины мне не хватает того самого человека, который увидит музыкальное прочтение моих стихов. Но это должен быть не просто человек, которому заплатили деньги, и он отработал. Здесь все должно сойтись и совпасть. Я уверена, что такой человек найдется, что все еще впереди. Сейчас в творческом плане я нахожусь в состоянии стагнации. Есть наработанный репертуар, есть постоянные клиенты, есть постоянная публика, и я ничего не делаю, чтобы всех порвать. Как у любого бизнесмена, у меня есть план: когда онлайн заработает сам, при моем минимальном участии, я смогу снова погрузиться в творчество. Одно другому не мешает, но для творческих экспериментов нужен стабильный доход и свободное время, которые я и пытаюсь сейчас выкроить.

Напоследок. Как же, все-таки, дать себе этого волшебного пенделя и заставить себя поднять задницу с дивана?

Нужно представить себе такую картину: между попой и диваном даже доллар не пролезет. Представь себе, сколько долларов туда пролезет, если ты поднимешь попу с дивана. Я могла бы, конечно, сказать, мол, приходите все в мой центр, мы вас тут всему научим. Но я так говорить не буду, потому что мне здесь не нужны все подряд. Мне нужны люди, нацеленные на результат, а таких, к сожалению, не так уж и много. А всем остальным я желаю выползти из серости, понять, что есть другие краски, поинтересоваться, что происходит в мире, какие есть тренды, почитать в интернете, что такое личный бренд и как его можно применить, осознать это и подумать, как можно принести пользу людям. Да хотя бы посмотрите, как это делаю я. Copy-paste — наше все. Только тексты не воруйте.


Теги: